Рим. Марк Аврелий

13 Окт
2013

Статья из цикла «Рим. Рассвет и закат империи».

Император Траян достиг высот славы, побеждая вероломных даков и принеся Риму огромные богатства – варварское золото и раздвинув вширь границы империи. Империя в апогее своего могущества!

Теперь после трех веков непрерывных войн Рим – центр мироздания, могучая держава, противостоять которой не может никто!

Империя процветает. Погрязнув в роскоши, услаждая себя играми на аренах, римляне вовремя не осознали, что над ними нависла угроза вторжения варваров, которое могло полностью разрушить империю.

 

«Золотой» век Римской империи

На долгих два века, прошедших после смерти Юлия Цезаря, мир и процветание воцарились в пределах Римской империи. Но это не могло продолжаться долго.

Благодаря длительному миру империя крепла и богатела, не тратя средств и сил на ведение войн. Рим переживал «золотой» век – всеобщее процветание и рассвет искусств. Но это несло в себе и семена будущего упадка: отвыкшие от войн граждане Рима теперь не взяли бы в руки оружие как ранее, по своей воле, они больше не были готовы к войне, как раньше.

Тем временем варвары по всей протяженности границ империи продолжают свои набеги, пытаясь нащупать слабые места.

К 160 году нашей эры границы империи раскинулись на трех континентах, и покой 50 миллионов ее жителей охраняли 400 тысяч солдат.

А в самом Риме в богатстве и роскоши императорского дворца подрастали наследники имперской тиары. Их звали Марк Аврелий и Луций Вер. Оба они были взяты из разных аристократических семей еще мальчиками и усыновлены императором Антонином Пием, у которого не было своих сыновей.

Наследники не были похожи друг на друга, как сообщает историк III столетия Кассий Дион: «Марк был слаб здоровьем и почти все время посвящал чтению и письму. Вер же с юных лет рос крепким и сильным».

Безрассудный по природе Вер часто удивлял Рим своими выходками, и наоборот, культурный и образованный Марк Аврелий вел себя весьма достойно.

Из двух сыновей любимчиком императора Антонина был образованный Марк. Ему была приготовлена награда – дочь императора Фаустина, что делало Марка старшим из двух наследников.

В 161 году, когда император Антонин умер, пришло время Марку и Веру принять бразды правления империей. Их права поддерживала личная охрана императора – преторианская гвардия.

Преторианцы охотно признали императорами этих двух молодых людей. Ведь именно эти отборные войска стояли непосредственно в Риме и несли охрану дворца. И конечно, наследники были им давно и хорошо знакомы.

 

Война на пороге империи

Марк и Вер поддерживали свою популярность среди преторианцев щедрыми денежными поощрениями, не уступавшими по размеру обычному денежному содержанию. Марку и Веру была нужна верность римской армии, ведь война уже стояла на пороге империи.

На востоке Армения, союзница Рима, пала под ударами воинственных парфян. Теперь под угрозой была и Сирия.

Античный историк Кассий Дион: «Парфяне окружали римские легионы, поражая их стрелами и нарушая строй, лишая и армию, и командиров воли к победе и способности сражаться».

В ожесточенных сражениях армия Рима более не могла сдерживать натиск парфян.

В 162 году Риму ничего не оставалось кроме, как собрать для войны новую крупную армию. Первый раз в течение жизни двух поколений с армией отправился император Луций Вер. Его брат и соправитель Марк Аврелий остается в Риме.

Оба молодых человека не имели реального военного опыта. Марк, старший из двух императоров, посылает Луция Вера на восток отвести от империи эту угрозу. Вер из Рима перебирается в роскошную императорскую ставку в Антиохии, далеко от полей сражений.

Он постоянно получает сведения из армии и шлет с гонцами приказы военачальникам. И хоть он недостаточно осведомлен о реальном положении, дела все же идут на лад благодаря тому, что в армии достаточно хороших командиров.

 

Победа в Парфии и триумф в Риме

Сирия, 162 год.

К счастью, у Вера имелся один из лучших военачальников того времени – Авидий Кассий, наместник Сирии. Авидий отлично ориентируется в всех тонкостях римской политики, но его истинным призванием была карьера полководца.

Сириец по происхождению, он был опытным военачальником. Он имел отличные связи со знатью восточным провинций империи. Вер оставался в Антиохии, предаваясь развлечениям, в то время, как Авидий руководил военной кампанией.

Победы, одержанные Авидием, привели римскую армию вглубь Парфии лицом к лицу с исконным врагом империи.

Во времена античности воины сражались, сойдясь на расстоянии вытянутой руки. Это могло вселить страх в любого. Драться лицом к лицу, когда перед тобой враг с мячом или топором, а ты не знаешь, что происходит за спиной или сбоку, ведь шлем ограничивает обзор, ты почти ничего не слышишь и можешь смотреть только перед собой – для того, чтобы так сражаться, нужна отчаянная храбрость, надо победить страх в самом себе.

В течение трех лет Авидий и его войска с боями продвинулись далеко вглубь Парфии. В 165 году нашей эры они достигли столицы – Ктесифона, который лежал недалеко от современного Багдада.

Римляне разорили древний город. Античный историк Кассий Дион: «Парфянский царь был покинул своими приближенными. Авидий преследовал его до самого Ктесифона, взял город и разрушил его до основания. Добыча сама шла в руки. Разоряя храмы местных богов, солдаты растаскивали священные сосуды и другие реликвии».

Осквернение храмов считалось ужасным кощунством, и боги карали за это стремительно и жестоко. Разбитые парфяне заразили своих завоевателей смертельной болезнью – возможно, бубонной чумой.

Римляне ушли из Ктесифона победителями и, не ведая того, несли назад в империю заразу.

Сокрушив Парфию и освободив восточные провинции империи, Авидий и император Вер вернулись в Италию.

Рим, Италия, 166 год.

В Риме ликующих победителей ждал великолепный прием с торжествами, играми гладиаторов, в которых принимали участие пленные, взятые на этой войне. Все это было частью роскошного празднества под названием триумф.

Победоносные легионы встречали огромные толпы римлян, они в восторге приветствовали шествующие по улицам города войска, а за легионами везли захваченную добычу, пленником и груды трофейного оружия. Рим охватило всенародное ликование. Такое случалось не часто, и те, кому повезло увидеть триумф, считали себя счастливчиками.

Вер праздновал победу со своей невестой, Луциллой, дочерью его соправителя императора Марка. К тому моменту, когда Марк Аврелий и Луций Вер праздновали свой триумф, выросло целое поколение римлян, ни разу в жизни не видевшее такого празднества, и конечно же, для них это было самое важное событие того времени.

Но императору Марку нечему было радоваться. Он знал, что эта кампания на востоке подорвала мощь римской армии.

Пока в Риме праздновали триумф, над северной границе вновь нависла угроза варваров.

Вдоль северной границы в приграничных укреплениях явно не хватало легионеров, слишком много солдат не вернулись с войны на востоке. Пограничные войска постоянно тревожили наскоки варваров: появляясь из диких чащоб, они наносили удар и тут же исчезали.

Боеспособность германских племен стремительно росла и уже не шла ни в какое сравнение с памятными римлянам сражениями 3 века до нашей эры. Эти племена могли собрать для войны большое и сильное войско. Уже ко 2-му веку над границей нависла настоящая угроза.

На окраинах империи римляне гибли от мечей варваров, темные леса Германии становились их могилой.

 

Чума – месть богов за разорение парфянских храмов

Рим, Италия, 166 год.

Оказалось, что с парфянской войны легионеры сводного брата Марка Луция Вера принесли в бассейн Средиземного моря чуму, которая погубила во времена правления Марка Аврелия от 10 до 25% населения империи.

Особенно плохо было в городах, где плотность населения была высока. Там тела умерших укладывали штабелями.

Знахари наживались на людских страхах – продавали шарлатанские настои, якобы спасающие от чумы. Многие считали, что чума – это месть богов за разорение парфянских храмов. Император Марк должен был искупить этот грех жертвоприношением.

Перед лицом гигантского бедствия единственное, что оставалось римскому императору – это вернуть римлянам благосклонность богов грандиозными жертвоприношениями и всеобщими восхвалениями богов в невиданных масштабах. Потому что в случае такого бедствия император должен был умилостивить богов и защитить народ от их гнева.

Несмотря на то, что жертвоприношения длились 7 дней, боги не дали свой ответ. Чума уносит все новые и новые жертвы, особенно в легионах, стоящих в военных лагерях.

Погибло не только огромное количество мирных жителей, чума унесла опытнейших ветеранов. Так что восстановить боеспособность армии было теперь нелегко.

Сраженная чумой, империя слабела, и угроза варваров сулила ей полный разгром.

 

Маркоманская война

В 167 году 6 тысяч варваров-германцев пересекли реку Дунай и вторглись в римскую провинцию Паннония. Они грабили беззащитных жителей приграничья, разоряя деревни и захватывая пленников. Некоторые варвары даже осмеливались захватывать земли.

Неизвестно, были ли это просто набеги, или они собирались переселиться в границы империи. Многие племена завидовали комфорту и роскоши римский цивилизации, поэтому набеги учащались, а Марку было все сложнее набирать войска, чтобы отражать их.

Варвары стремительно вторглись в беззащитную Паннонию. Римские легионы далеко, они были растянуты тонкой цепочкой на всем протяжении границ империи.

Когда легионы, наконец, пришли, сила и мощь германцев поразила их. Многие из них подражали военным обычаям римлян и были вооружены трофейным оружием. Так что войска германце во времена Марка Аврелия представляли собой страшную угрозу.

Вслед за первым, недостаточно сильным эшелоном подкреплений, римляне стягивали с других участков границ все больше войск. Вовремя подоспевшая кавалерия, поддержанная регулярной пехотой империи, заставила варваров отступить.

Однако, вождь могущественного германского племени маркоманов Балломар решил отправиться в римский лагерь, чтобы предложить начать переговоры о перемирии. К удивлению римлян, он представлял не только своих соплеменников, но также 10 других племен. Этот племенной союз был неожиданной угрозой для империи.

Германская угроза, с которой столкнулся Марк, отличалась от того, с чем пришлось столкнуться предыдущим императорам: варвары стали более организованными. Ирония истории была в том, что и сами германцы менялись, возможно, под влиянием римлян.

Италия, 167 год.

Встревоженный растущей варварской угрозой, император Марк направил войска в Паннонию. Не имея боевого опыта, император полагался на командующего войском Помпеяна, надеясь, что он сумеет прославить имя императора.

Германские набеги из-за Дуная с угоном скота, захватом рабов, грабежами продолжались столетиями. Почему именно теперь Рим решил, что следует отправиться в поход против германцев и покарать их? Вероятно, Марк Аврелий хотел удачной военной кампанией еще больше укрепить свою власть в Риме.

Хотя брат Марка Вер и присоединился к войскам, он был болен и много пьянствовал. Не успели римляне дойти до Дуная, как Вер пал жертвой чумы. Это заставило всю армию повернуть назад.

Марку пришлось вернуться в Рим с телом своего брата, оставит северную границу. Но угроза со стороны варваров только росла.

 

Гладиаторы и разбойники в римской армии

Марка ждали неотложные внутренние дела империи. Многочисленные войны истощили императорскую казну и не удавалось собрать средства для нового похода против германцев.

Многие римские чиновники были достаточно богаты, чтобы не зависеть от жалованья. Но солдату казенных денег едва хватало на пропитание, и он жил тем, что мог добыть в качестве трофеев. И закрывать глаза на это было уже невозможно.

Не имея возможности заплатить своим солдатам, Марк пошел на чрезвычайные меры. Вот, как об этом говорят «Жизнеописания Августов» — собрания трудов древних историков: «Марк распродает императорскую утварь. Он продал золотые и хрустальные кубки и даже наряды жены из шелка с золотым шитьем».

Это было бы равносильно тому, как если бы английская королевская семья, испытывая недостаток средств, решилась бы продать с аукциона драгоценности британской короны. Этот поступок пошел на пользу его популярности. Конечно, вряд ли можно выручить достаточно денег на ведение войн от продажи утвари и одежды, но это продемонстрировало, что император готов тратить свои личные средства на благо Рима как пожертвования, и это нашло отклик в сердцах римского народа.

Вербовщики Марка рассчитывали, что деньги привлекут новых солдат для войны с германцами, но на призыв к оружию откликнулись лишь немногие. Экономике римской империи остро не хватало рабочих рук, и в многом из-за этого мужчины не горели желанием идти в армию и оставлять семьи, которые не хотели отпускать на войну своих кормильцев.

К тому же империя была истощена чумой, и Помпеян принял неслыханной решение, которое многие сочли позорным: «главный военный советник императора Марка обратился к отбросам общества», как мы читаем в «Жизнеописаниях Августов». «Они обратились к гладиаторам и брали в солдаты разбойников из Далмации. Они принимали на военную службу даже рабов».

 

Новые вторжения германцев

Помпеян понимал, что солдаты нового набора – это сущий сброд. И прежде, чем он сумел обучить и подготовить к войне свою разношерстную армию, на границе империи разразилась катастрофа.

В 169 году объединенные силы германских племен вторглись в придунайские провинции империи. Марку и Помпеяну не оставалось ничего кроме, как вести свои плохо обученные легионы на север, против германцев.

Но неопытной римской армии оказалось не по силам противостоять варварам на их же территории. Германцы заманивали римлян за Дунай в непроходимы леса, где римские легионы не могли развернуть привычные боевые порядки или эффективно использовать метательные машины. Эти преимущества нередко приносили германцам победы.

Весной 170 года самые крупные германские племена маркоманы и квады дали римлянам сражение и разбили их.

Марк Аврелий определенно был выдающимся императором. Но был ли он хорошим военачальником, могли он вести войска в сражения? К сожалению, о Марке Аврелии пока нельзя этого сказать.

В первом же крупной сражении, которое дал Марк, погибло 12 тысяч римлян. Это самое крупное поражение за всю предыдущую историю Рима.

Но в его тылу тоже не все было благополучно: пока Марк увяз в сражениях на Дунае, другие германские племена вторглись в саму Италию.

В 170 году нашей эры они захватили богатый портовый город Аквилея неподалеку от современной Венеции и разграбили, не встретив сопротивления. Это был первый набег на центральную Италию за 300 лет.

Ужасные варвары, возможно, напоминали римлянам о галлах, напавших на Рим в 4 веке до нашей эры, о кимврах и тевтонах, вторгшихся во 2 веке до нашей эры. Римляне были в панике от того, что варвары смогли вторгнуться в Италию.

 

Тактика малых подвижных отрядов

Рим был охвачен ужасом. Императору Марку Аврелию надо было действовать быстро, чтобы уничтожить врага раз и навсегда. Он пошел со своей армией на север вдоль Дуная, чтобы вторгнуться в земли могущественного маркоманов.

Холодные северные леса были враждебны римскому императору. Наконец, вдали от родного дома он понял, что плохо приспособлен к тяжелой армейской жизни, его здоровье было подорвано.

Знаменитый врачеватель древности Гален какое-то время был личным врачом Марка. Гален ежедневно готовил для него лекарства и снадобья, чтобы лечить от болезней и уберечь от возможных недугов, в особенности от чумы, которая продолжала косить ряды римлян.

Помня о смерти, Марк доверил свои мысли дневнику, его размышления издаются и в наше время. В них мы читаем о человеке, сраженном ударами судьбы.

«Не ведите себя так, как будто вы собираетесь жить 10 тысяч лет, смерть подстерегает вас. Пока вы живете, пока у вас есть силы, сохраняйте свое достоинство».

Философия дает ему силы преодолеть все трудности и повседневные тяготы, с которыми он сталкивается, ведя армию вдоль Дуная.

Мрачные чащобы германских лесов и кровопролитные сражения с варварами – вот, что ждет императора Марка.

Он проводит ряд успешных операций в землях самых опасных племен – сарматов, квадов и маркоманов. Варвары и раньше били войска Марка, а его редкие победы не приносили особого результата. Но Марк учился у своего врага. Он отошел от традиционных правил построения легионов, приняв тактику малых подвижных отрядов. Это позволило его войскам действовать более гибко, особенно в лесах.

Это была совсем другая война. Она была непривычной для ветеранов парфянских войн, привыкших сражаться в стройных построениях легионов с обычными для востока тактическими приемами. В этой войне били исподтишка, из засады, в спину.

Римляне наносили удар тогда, когда варвары меньше всего этого ожидали. В пылу сражения римский солдат балансировал на лезвии меча. Он должен был бороться с невероятным возбуждением, вызванным яростью рукопашной схватки. Адреналин кипел в крови, но солдат должен был сохранять спокойствие. Тот, кто хотел остаться в живых, должен был справиться с естественным возбуждением, которое охватывает человека, когда он лицом к лицу сходится в смертельной схватке с врагом.

Здоровье Марка было подорвано, но взамен пришел опыт, а вслед за ним – и череда побед императора над германцами.

Римляне закрепили свои достижения, возведя цепочку опорных пунктов и военных лагерей на землях маркоманов и квадов. Германские территории вскоре должны били присоединиться к империи.

 

Молнии с небес на головы варваров

Германия, 172 год.

Но германцев привело в ярость строительство укреплений. Как шершни из разоренного гнезда варвары яростно нападают на опорные пункты римлян.

Германцы, вышедшие из чащоб, чтобы драться с войсками Марка Аврелия, не были теми дикарями в медвежьих шкурах с грубыми щитами и мечами, как их часто показывают в кино. Они имели дело с римлянами уже почти 200 лет, они изучили их приемы ведения боя, были знакомы и их оружием и снаряжением, поэтому они знали, как сражались римляне.

Если варвары прорвут укрепления, римлянам не будет пощады. За крепкими стенами Марк Аврелий, несмотря на опасность, находится рядом с солдатами, воодушевляя их.

Он прекрасно понимал всю ответственность, которая лежала на нем самом. И если он продолжал посылать людей на смерть, то сам он должен был точно определить те политические цели, которые предстояло достигнуть в ходе военной кампании.

Необходимо было найти выход из положения. И Марк обращается к богам римлян, принося жертвы и умоляя о даровании победы над ордами германских варваров. И в ответ боги явили императору чудо, как сообщают «Жизнеописания Августов»: «Твердо стоя на своем, он умолял богов ниспослать молнии с небес на головы варваров».

Варвары видят в ударах молний грозные и зловещие предзнаменования. Значит, боги благоволят римлянам? Конечно, варвары подавлены.

Варвары, стоящие под стенами римских укреплений, были перепуганы и обратились в бегство. Римляне спасены.

Восторженные римляне теперь именуют Марка Германиком – победителем германцев.

Германия, 172 год.

На германские поселения, занимающиеся мирным сельским трудом, обрушился гнев Марка Аврелия. Римляне утверждают свою власть мечами.

Войны против варваров нередко велись на истребление: римляне сметали все на своем пути, разрушали деревни, уводили женщин и детей в рабство. Случалось, солдаты приносили головы убитых врагов, чтобы получить вознаграждение.

Римляне увековечивают ужасы войны в камне монумента в ознаменование германской кампании Марка. Он известен как колонна Аврелия.

Колонна Марка Аврелия показывает, как император ради блага Рима вынужден делать ужасные и отвратительные вещи. Это цена победы, и видно, что императора это не радует.

На землях германцев создаются две новые провинции – Маркомания и Сарматия. И хотя там пока спокойно, тревожный новости приходят оттуда, откуда их совсем не ждали – из Египта.

 

Мятеж в Египте

Египет был одной из самых важных и самых богатых римских провинций, поэтому императоры не зря опасались, что тот, кто управляет Египтом, может претендовать на власть во всей Империи.

Этих страхам суждено было стать явью, когда в Египте вспыхнул внезапный мятеж. Провинция была ввергнута в кровавый хаос.

Это были по-настоящему тревожные новости. Египет был крупнейшим поставщиком зерна для Рима. Правителю Египта было достаточно сократить поставки зерна для плебеев Рима, чтобы население города, в свою очередь, стало выражать недовольство императором, требуя принять срочные меры.

В 174 году Марк направился в Сирию, где были расквартированы 3 легиона. Он послал их в Александрию в Египет. Возглавил эту карательную экспедицию один из самых старых и надежных сторонников Марка Авидий Кассий.

Марк Аврелий назначает одного из лучших своих полководцев Авидия Кассия наместником восточных провинций империи, подчинив непосредственно ему губернаторов провинций.

Герой парфянской кампании не подвел императора: Авидий быстро подавил мятеж, сохраняя провинцию Египет и ее богатства для империи.

 

Предательство Авидия Кассия и Фаустины

Но вдоль северной границы империи в Германии продолжаются набеги варваров. Кампанию против германских варваров не так то легко закончить. Можно добиться временного улучшения, но стоит вам замирить одно племя, как бунтует другое в сотне километров вверх по реке, и снова приходится усмирять варваров.

7 лет Марк возглавлял боевые действия против варваров в диких северных лесах, не считаясь с ухудшением собственного здоровья.

В 175 году на германской границе он заболел. Что это было – чума или иной недуг – но смерть его казалась неминуемой. Его жена императрица Фаустина провела 20 лет в заботах об императоре. Теперь же она беспокоилась о своем будущем.

Императрицы, как и другие женщины из высших аристократических кругов Рима, как правило, разделяли участь своих мужей: если тех ждала опала, смерть, гонения, их ношу разделяли и жены с детьми. Конечно, если у супруга все в порядке, он здоров и окружен сторонниками, жена может ни о чем не волноваться, но если это не так, приходится готовиться к самому худшему развитию событий.

Паника охватывает Фаустину: кто защитит ее, если Марк умрет? Она предлагает свою руку и империю другому знатному лицу – Авидию Кассию, наместнику Сирии и Египта.

Желая обрести давно заслуженное им величие, Авидий не упускает шанса стать императором. «Жизнеописания Августов»: «Хотя Марк еще жив, Авидий Кассий уже распускает слух о его смерти. Он возвещает своей армии, что Сенат уже провозгласил Марка божественным, затем он объявляет императором себя».

Возможно, Авидий думал, что действует на благо империи. Он не разделял мнение, что Марк Аврелий был таким уж хорошим императором, и тем более он не считал его великим полководцем и военным деятелем.

Но как только Авидий заявил о претензии на тиару, Марк оправился от своей болезни, и оба оказались в весьма сложном положении.

Что ему оставалось делать? Взять назад свои претензии, принести императору извинения, принести свои ошибки, заявить, что принял поспешное решение? Стоило хоть раз объявить о своих притязаниях на императорскую тиару, ни о каком доверии речи больше быть не могло, возврата назад не было.

Авидий Кассий, крупный военачальник, под командой которого состояли большие силы, был весьма существенной угрозой Марку Аврелию. И теперь он был готов вести свои войска на Рим, чтобы отстоять свои притязания на императорский титул.

Марк должен был подавить мятеж Авидия Кассия, и ему надо было воздать жене за измену. Но зная, что эта борьба за власть может стоить ему жизни, он провозглашает наследником своего сына Коммода.

Коммод был еще слишком молод, чтобы осознавать и, тем более, отстаивать собственные интересы. Марк Аврелий не рассматривал иных возможных преемников, кроме своего сына.

Испорченный уже в юные годы императорской роскошью, молодой человек должен был проявить себя на поле брани, показать всем силу своего характера. Но он был единственным сыном Марка. Это был не лучший выбор для Рима.

Почему он поддерживал Коммода? Потому что Коммод – его родной сын, это было естественно для римской аристократии. В Риме было в порядке вещей то, что должности сенаторов или иные государственные посты наследовались из поколения в поколение.

Утвердив наследником Коммода, Марк обратился к своей жене, которая предала его ради Авидия Кассия. Удивительно, но он простил ее.

Марк так и не наказал Фаустину, он проявил мягкость. Возможно, поговорив с ней доверительно, он понял, что ею двигало. Он не развелся с ней и ни коим образом не проявил своей немилости.

Пока его армия готовилась выступить против Авидия Кассия, к Марку явился гонец, присланный солдатами Авидия. Они сами убрали узурпатора, чтобы избежать гнева законного императора. Они знали цену предательства.

В случае разбирательства мятежных военных ждали пытки, казни, опала, изгнание, принуждение к самоубийству.

Посланник доставил Марку страшный подарок – голову Авидия Кассия, его бывшего сторонника и лучшего друга. Историк Кассий Дион: «Марк так сильно переживал смерть Авидия, что не мог заставить себя посмотреть на оскверненную голову своего врага».

 

Уход Марка Аврелия

Бунт был подавлен. Марк мог снова вернуться к главному делу своей жизни – окончательному усмирению германских варваров.

Мятеж вынудил его отвлечься. Ему пришлось перемещать войска, тратить деньги и иные ресурсы и в итоге значительно нарушить свои собственные планы.

Варвары сполна использовали выпавшую им передышку. В 178 году Марк послал карательную экспедицию на подавление мятежа в придунайских провинциях, но ярость варваров росла.

Варвары, огромные ростом, шумные, дурно пахнущие, наводили страх на римлян. И цивилизованным римлянам нелегко было найти в себе душевные силы, чтобы противостоять такому врагу.

Марку нужна была победа, иначе весь многолетний труд по замирению северных границ империи грозил пойти прахом. Уже постаревший Марк сумел захватить вождей мятежных племен и жестоко казнил их. Он верил, что еще год или два, и изматывающая война, наконец, кончится.

Но вместо этого Марка Аврелия ждала затяжная война с германцами. Неизвестно, понимал ли это сам император, но до победы было так же далеко, как и тогда, когда война только началась.

И вот 60-летнему императору остается лишь надеяться, что его сын и наследник Коммод продолжит войну с германцами, войну, на которую ушли лучшие годы жизни самого Марка.

Марк Аврелий учил Коммода, он брал его с собой в действующую армию. Но тот был слишком молод, вряд ли Марк до конца осознавал, каким императором может стать Коммод.

Положение второго императора сделало молодого человека пассивным, ленивым, равнодушным к победам, добытым с таким трудом, непохожим на Марка настолько, насколько это вообще возможно.

Пока Коммод вынужден выполнять волю отца.

Паннония, 180 год. Но вот император Марк Аврелий, в конце концов, сражен болезнью. Возможно, это была та самая чума, от которой, как было объявлено, умер его брат.

 

Начало конца Римской империи

Коммоду только 19, и он не желал сносить тяготы военной жизни и тосковал по римской роскоши и удовольствиям.

Аврелий, отец Коммода, был мудрым и прозорливым полководцем, понимавшим всю важность борьбы с варварами в придунайских провинциях империи. Коммод же был лишен этих качеств, и в дальнейшем это дорого обойдется Риму.

Новый император Коммод ослабил гарнизоны в приграничных крепостях и не сумел добиться своего в переговорах с варварами. Он оставил Германию ради роскоши и удовольствий Рима, и в результате плоды 30 лет кровопролитной борьбы и тяжких трудов пошли прахом.

Лишенная мудрого руководства императора Марка Аврелия великая Римская империя терпит от варваров поражение за поражением.

Скверное управление, постоянная внешняя угроза, череда невезений могут подорвать мощь самой могущественной державы. И теперь после правления императора Марка Аврелия империи приходилось напрягать все свои силы, чтобы защищать свои границы по всей их огромной протяженности.

Для Рима наступают нелегкие времена. Такого императора, как Марк Аврелий, больше не будет. Согласно Кассию Диону, это было началом конца: «И скоро на смену «золотому» и «серебряному» векам Римской империи приходит «железо и ржавчина» темных веков Европы».


 

Комментарии:

Наверх