Рим. Ловушка в Тевтобургском лесу

4 Окт
2013

Статья из цикла «Рим. Рассвет и закат империи».

Римской демократии более не существует. После долгой борьбы за абсолютную власть Юлий Цезарь становится жертвой аристократов, стремящихся сохранить Сенат в качестве центра политической власти. Им это не удается, и начинается эпоха императоров, первый из которых — Август.

1 век до н.э. В эпоху правления императора Августа идет бурный рост Римской империи, и в центре внимания — населенные племенами варваров земли за Рейном. Но вместо славных побед происходит кровавая бойня. Германцы дают отпор римскому нашествию. Несбывшиеся амбиции. Меняется ход истории. Империя теперь под ударом.

 

Расширение и стабильность Римской империи

Галлия, 1 век до н.э. Рим делает свои первые шаги на пути к мировому господству, происходит его беспрецедентный рост. Многие считают, что остальной мир с радостью воспринимает благо его цивилизации.

Август сосредотачивает власть в своих руках после убийства Цезаря, мощь и влияние его империи растет.

Август был родственником Цезаря и первым в нашем понимании императором Рима. Август спас республику, когда Цезарю это не удалось.

Это время начала расцвета Рима. Границы империи быстро расширялись за счет одерживаемых одна за другой военных побед. Многим в Риме казалось, что они непобедимы.

Августу удалось решить сложную задачу, соединив демократические ценности республики с авторитарным правлением. Он спас республику, став ее главным и единственным лидером. Он убедил многих, что республика останется прежней и что необходимо согласие среди всех слоев общества в целях общего блага.

После 35 лет правления основным достижением Августа стало присоединение огромных новых территорий. Для него это не просто череда военных побед, это особая миссия, весь мир должен знать о величии Рима.

У римлян был особый взгляд на то, как нести свою цивилизацию другим народам. Они видели свою культурную задачу в том, чтобы устанавливать законность, какой они ее понимали, и порядок там, где, по их мнению, он отсутствовал.

После присоединения Галлии в качестве провинции взгляды империи устремлены за Рейн, в страну, которую скоро назовут Германия.

Германия, 9 год н.э. Племена за Рейном ведут скудное существование, воюя друг с другом за земли и власть. Иногда их отряды вторгаются в пределы империи, что недопустимо. Над Римом нависла угроза – соседи опасны и непредсказуемы. Их нужно завоевать!

Было много споро о том, что привлекало римлян к востоку от Рейна. В основном – было ли у них намерение создать провинцию между Рейном и Эльбой, или в их цели было лишь наказать тех, кто совершал набеги к западу от Рейна? Большинство ученых сходятся в том, что римляне все же хотели создать новую провинцию.

9 год до н.э. по приказу Августа полководец Тиберий ведет легионы за Рейн.

В отношениях между германцами и римлянами растет напряженность: есть те, кто согласен сотрудничать, и те, кто ненавидит римлян. Во многом это сводилось к тому, как складывалась борьба за власть и влияние между самими вождями германцев.

Тиберий – талантливый и популярный военачальник, его самого прочат в императоры. В Германии он ведет переговоры с херусками в поисках возможного союзника.

Некоторые из враждующих группировок германцев видели в римлянах союзников, поскольку это было на пользу в их борьбе против других группировок. Для римлян же цель состояла в том, чтобы расширить сферу влияния дальше на север.

Вожди херусков заключают соглашение с римлянами. Хоть им и нет никакого дела до римлян, такой союз полезен и выгоден с военной точки зрения. Этот союз давал многое особенно родовой верхушке херусков – с римлянами можно было торговать. Среди варваров услуги римских ремесленников были популярны, иметь их было очень престижно.

Один германский воин сейчас служит в армии римлян, вскоре он станет известен в римской политике. Сын одного из вождей, он много лет прожил в Риме, его ждет будущее римского полководца и военного вождя германцев. Его имя Арминий.

Рим, 4 год н.э.

Уже более десятилетия у Рима добрососедские отношения с племенами за Рейном. Этому способствует военная мощь империи Августа.

Август, по сути – военный диктатор. Его задача – используя военную силу, обеспечить стабильность империи. И это продлится еще 200 лет.

Арминию еще нет и 30, но от уже командир отряда в императорской армии. Набранные в различных провинциях империи, эти вспомогательные войска окажут существенную помощь ее основным 28 легионам.

Августу было важно, чтобы все понимали, что то, что он делает – то же самое, что делалось и до него: его усилиями приумножались слава и богатства Рима.

В 6 году н.э. Тиберий выступает из Германии на подавление бунта в непокорной римской провинции Паннония – на территории теперешней Венгрии и Австрии. В этом походе участвуют все находившиеся под его командованием силы. Им противостоят те, кто не хочет жить под властью римлян.

Когда римляне пытались навязать другим народам свой образ жизни и делали это слишком настойчиво, они наталкивались на яростное сопротивление.

Восстание против римлян продолжится долгих три года, ослабляя их армии. Август прибегает к помощи отрядов-варваров. Арминий принимает участие в этом походе. Он изучает военное искусство римлян, его любят и ценят командиры.

Римский историк I века до н.э Веллий Патеркул: «Арминий был храбр в бою и сообразителен, его умение мыслить было хорошо развито для варвара. Все в нем говорило о силе и гибкости ума».

Арминий также наблюдателен: он видит, с какой жестокостью римляне расправляются с непокорными.

Несомненно, в Паннонии он замечал много схожего с тем, что можно было наблюдать на его родине в Германии. Это во многом повторяло то, что происходило среди его соотечественников.

Тем не менее, Арминий продолжает служить империи, командуя отрядом в составе войск полководца Тиберия.

Пока римские легионы усмиряют Паннонию, события в Германии развиваются без особы потрясений. Под контролем римлян ведется строительство дорог и общественных зданий. Для многих преимущества их присутствия становятся очевидными.

У многих народностей, особенно по ту сторону Рейна, было мало общего с Римом, но в то же время им были заметны и преимущества романизации: развивались торговля и ремесла, происходил рост городов, укреплялись связи между ними в отличие от разрозненных первобытных общин.

Историк III века Кассий Дион: «Варвары постепенно перенимали римские обычаи: развивалась торговля, мирные взаимоотношения. Они даже не замечали, как это происходило с ними».

 

Битва в чаше Тевтобургского леса

(см. также Германские племена. Битва в Тевтобургском лесу глазами немецких историков).

В 7 году н.э. Август назначает наместником всех земель к востоку от Рейна своего друга Публия Квинтилия Вара. Он достаточно способный военачальник, но в источниках есть указание на то, что характер у него был не из лучших.

Вот нелестное его описание, данное Веллием Патеркулом: «Квинтилий Вар был человеком мягким и тихим, ему была свойственна медлительность, и проводить время в своей палатке для него было предпочтительнее, нежели на поле боя».

В Германии тишина и покой, это его устраивает. Он сводит дружбу с Арминием, который вернулся в Германию, его знают соотечественники и уважают сослуживцы, в нем видят союзника и залог прочного мира.

Германцы настроены дружелюбно, но это продлится недолго. Германцам не нравилось то, что их делами ведают римляне, их споры решают римские суды. У них были свои взгляды на то, как нужно улаживать отношения. Среди варваров зреет недовольство, хотя на поверхности все спокойно.

Веллий Патеркул: «Вся их порода – отъявленные лгуны. Ни наводнили суды тяжбами, среди них столько раздоров, но решая свои споры с помощью закона, а не оружия, они лишь внешне отдают должное римскому правосудию, внутри оставаясь верными своей дикой природе».

Вар привык управлять теми, кто привык, чтобы ими управляли. В Германии все было совершенно иначе.

Очередное вмешательство в их дела вызывает возмущение среди германских вождей.

Кассий Дион: «Отношение к ним было не лучше, чем если бы они были в рабстве у римлян. Мало того, Вар требовал дань как с тех, кого покорили. Они не пожелали подчиниться, их вожди тосковали по былой власти, а все они – по прежним временам».

Германским племенам за Рейном с лихвой хватило Вара и его администрации, его настойчивого внедрения всего римского. Их вожди придумали хитрый способ от него избавиться.

Лучше проделать это не мог никто другой, как Арминий.

Итак, в Паннонии Тиберий уже 3 года сражается со взбунтовавшимися варварами. Наконец, к 9 году н.э. его усилия начинают давать плоды: смута постепенно затухает, победа близка.

В Паннонии все идет благополучно. Но незаметно для римлян ситуация в Германии вот-вот станет неуправляемой.

Германия, 9 год нашей эры.

В этой кажущейся римской провинции стараниями римского наместника Вара ситуация зашла слишком далеко. Свободолюбивые племена под предводительством Арминия не хотят больше жить по римским законам и быть рабами на своей земле. Их решение – владычеству Рима не бывать. Они будут сражаться против римской армии.

Но не всех удается убедить: среди сомневающихся Сегест, для него риск слишком велик. Но Арминию удается уговорить остальных.

Какова роль Арминия? На данный момент он один из признанных вождей своего народа. Для него это почетно, совсем не то, что стать одним из чиновников в римской управленческой номенклатуре — это не то, к чему он стремился.

Арминий воевал вместе с римлянами и знает, что их армия наиболее сильна в открытом столкновении. У него была возможность изучить римскую тактику, как устроена армия, в чем ее сильные и слабые стороны, каковы ее возможности, боевой порядок и как ее части ведут себя в бою.

Армений знает римлян и то, что они недооценивают решимость германцев. В общении с Варом он говорит ему то, что тот хочет услышать.

Историк Веллий Патеркул: «Арминий использовал доверчивость Квинтилия Вара в своих гнусных замыслах, точно подметив, что легче всего победить того, кто не подозревает об опасности. Подобное прекраснодушие неизменно приводит к гибели».

Отчасти это было обусловлено тем, что римляне вели себя слишком самоуверенно, считая, что их нельзя победить, что никто не мог противостоять им и рассчитывать при этом на успех.

Германцам нужно действовать без промедления. Их противник истощен походами и ни о чем не догадывается. Его ждет ловушка в сырой непроходимой чаще Тевтобургского леса.

Под руководством Арминия несколько сот человек за несколько недель построили полутораметровую стену шириной более 4-х метров с частоколом наверху и, возможно, ее замаскировали.

Для Квинтилия Вара все идет своим чередом. Не подозревая о готовящейся засаде, три его легиона готовятся покинуть лагерь и выступить маршем на запад.

Историк III века Кассий Дион: «вслед за войсками шел обоз из множества повозок и вьючных животных, как в мирное время. С ними были их жены, дети и слуги».

Возможно, большая часть амуниции и снаряжения была погружена на повозки, поскольку на таком длинном марше – 30 километров – вооружения, доспехи и еще 20 килограмм припасов нести слишком тяжело. Они заняты разговорами, решают сиюминутные дела или предвкушают вечерний ужин с вином и развлечениями. Им совершенно незачем думать о боевых построениях.

В разгар подготовки Вару наносят визит. Его старый друг Арминий все еще на службе Рима, и он принес вести о межплеменной неурядице на западе. Арминий просит Вара вмешаться и навести порядок.

Предполагаемое восстание – на незнакомой территории близ горы Калькризе. Но это относительно недалеко от крепости Хальтерн, куда отправляется Вар для зимовки. Он отклоняется от маршрута и ведет туда все свои силы.

Своей задачей Вар видел восстановление порядка на германской территории. Высокомерие ведет его вглубь владений варваров, он совершенно неподготовлен к встрече с ними, манера которых – напасть из засады – может полностью дезорганизовать его войско.

Войска, обоз и снаряжение растянулись на много километров вдоль просеки. Вар не ожидал нападения, но на чужой территории предпочитает действовать осторожно: он движется так тихо, как только может.

Соблюдая осторожность, римляне продолжают боевым порядком продвигаться в направлении устроенной для них ловушки – замаскированной стены.

Вождь германцев, Сегест, напуганный возможными последствиями, пытается предупредить Вара о предательстве Арминия, но его не слушают.

Историк I века Веллий Патеркул: «Сегест потребовал, чтобы заговорщиков заковали в цепи, но судьба распорядилась с Варом иначе, затмив его разум».

Хотя другие говорили Вару, что он слишком доверчив, он считал, что хорошо разбирается в людях и сам решит, кто его друг, а кто нет.

Войскам Вара приходилось идти по узкой полоске земли с болотами по обе стороны – очень трудной для такого марша место. Колонна постоянно растягивалась, римляне привыкли ходить в колонну по 6 или 8, а здесь им приходилось идти в колонну по 4 или даже по двое.

Движение также затрудняется присутствием женщин и детей, находящихся в обозе, которые следуют за войсками на зимние квартиры.

Идти им было все труднее: дорогу размыло, местность сильно пересечена, много оврагов, ручьев и речек, берущих начало на возвышенности у горы Калькризе и текущих с юга на север.

Местность для Вара была хуже не придумаешь: с одной стороны болота, с другой – возвышенность. Им приходилось держаться дороги, потому что иначе нести такое количество снаряжения так долго они просто не смогли бы.

Устроенная германцами ловушка почти идеальна: движение вперед затруднено, назад – невозможно. Арминий знал, что Вар у него в руках. Вопрос был только – как все получится? Получится ли вообще – не было сомнений. И все произошло, как нельзя лучше.

Историк Кассий Дион так описал момент нападения: «Германцы напали в самой гуще леса, здесь он был почти непроходимым. И тогда в тот момент они явили себя как враги, а не как подчиненные. Это нанесло римлянам тяжелейший урон».

Ловушка захлопнулась. Римлянам некуда деться, они окружены германцами со всех сторон. Они были беззащитными: на них не было доспехов, и в такой ситуации их ряды начали быстро таять. Римлянам было негде построиться в боевые порядки, тропа была слишком узкой.

Колонна и обоз, возможно, были растянуты на 3 километра. Вар – в ее середине, он не знает, что происходит в голове колонны, ему известно лишь, что они остановились и дальше хода нет.

Первыми приняли удар не себя те, кто был в начале колонны. Связи не было, по всей видимости, те, кто был в конце, не знали, что происходит впереди. Это лишило войска боеспособности с стало причиной их сокрушительно разгрома.

Когда Вар, наконец, узнал о нападении, было слишком поздно: времени на подготовку нет, отступать некуда. Как именно все происходило, точно неизвестно.

Можно предположить, что сама битва длилась не более часа, но варвары продолжали добивать римлян в течение всего дня. Римлянам оставалось только смириться. Сложно представить себе, каково это, когда у тебя на глазах гибнут твои друзья.

Схватка превращается в бойню. В ней участвует все больше германских воинов.

Историк Кассий Дион: «Вражеские силы все прибывали. Тогда, как те, кто вначале дрогнул, теперь устремились в бой, в основном – ради добычи».

Но хуже смерти было бесчестие: аквилы – штандарты двух из трех разбитых легионов – были захвачены варварами.

Орел воспринимался солдатами как религиозный символ, он в буквальном смысле обеспечивал их безопасность и победу. Если орел был повержен в битве или захвачен врагами, это означало утерю духа и почти неминуемое поражение. Но хуже всего был позор, утрата чести, связанные с этим символом воинского духа. Утеря штандарта было самым худшим, что могло произойти с одним из римских легионов.

Битва проиграна, легионы Вара уничтожены. У посрамленного военачальника остается единственный выход.

Вероломство германцев стало концом Вара. Он понимал, что на нем целиком лежит ответственность за произошедшее. Единственное, что ему оставалось – это покончить с собой.

Германцы под предводительством Арминия отвоевали свою землю, сильнейшая армия на свете повержена. Пленных ждет незавидная участь. Вот, что об этом рассказывает писатель II века Флор: «Мир не видел более страшной бойни, чем то, что произошло. Никогда до этого расправа варваров над пленными не была столь жестока. Особенно тяжело пришлось законникам – им выкалывали глаза, отрезали кисти рук, одному из них зашили рот, перед этим отрезав язык».

Германия приветствует победителей.

 

Тяжелейший удар по престижу Рима

В то время, как Вар ведет легионы к западне, Тиберий возвращается в Рим с известием о победе в Паннонии. Для Августа успехи Тиберия означают торжество и силу его империи. Римляне непобедимы!

Император Август готовится чествовать своего полководца-триумфатора. Но этим планам не суждено сбыться.

До Рима доходит известие о потере трех легионов в Германии. Август ошеломлен! Как рассказывают, он продолжает повторять: «Квинтилий Вар, верни мне мои легионы!».

После такого числа побед это стало полнейшей неожиданностью: римляне полагали, что победить варваров будет легко, и новость об утрате целых трех легионов – 10-15 тысяч человек – всего за какой-то день была просто чудовищна.

Контроль над херусками и другими племенами варваров был утерян. Как теперь предотвратить их нападение на Рим?

Рим, Италия, 9 год н.э.

Поражение Вара означало крушение планов Августа, которые связаны с расширением римских владений на севере. Теперь им предстояло иметь дело с враждебно настроенными племенами, и они были открыты для вторжений и набегов.

Рим не мог оставить это безнаказанным, Арминий нанес тяжелейший удар по престижу Рима. Потеря 15-18 тысяч солдат, понесенная в один день, была значительной, ведь Рим лишился десятой части свои солдат. Это очень серьезные потери.

Чтобы спасти положение, Тиберий мобилизует свои и так уже измотанные походами силы. Его отправляют с 8-ю легионами и вспомогательными войсками на укрепление Галлии.

К счастью, Риму пока ничего не грозит, активность варваров вдоль его границ минимальна. Но римлянам теперь известно о вероломстве германцев, и они начеку. Даже в самом Риме выставлены патрули.

По Риму был нанесен тяжелейший удар и как государству, и как обществу. Они воспринимали варваров как недочеловеков. Источники, такие, как Цезарь и Тацит убеждали в их неспособности одержать такую победу.

В одночасье Рим, величайшая империя, осознает свою уязвимость. Быть иностранцем в нем теперь значит быть под подозрением. Август опасается восстания сочувствующих, в Риме начинаются аресты и высылки.

 

Германцы праздную победу

Германия, 9 год н.э.

В то время, как Римом овладевает паранойя, германцы праздную победу.

Арминий, торжествуя, объявляет о своей помолвке с Туснельдой. Она дочь его соперника Сегеста, это он тогда предупредил Вара об измене Армения.

Туснельда позволила Арминий похитить себя, пойдя против желания отца. Она была горда и сильна, как все германские женщины, которые убивали своих мужей, если те отступали в сражении. Они считали себя достойными, они хотели быть спутницами лучших из лучших. Туснельда видела в Арминии лучшего из германцев, и на меньшее она была несогласна.

Благодаря победе на римлянами Арминий занял очень высокое положение. Он стал верховным вождем херусков и создал коалицию из многих племен.

Арминий считал, что такая блистательная победа обеспечит ему все: и славу, и то, чего раньше не бывало – королевский титул.

Место разгрома римлян становится святыней. Здесь все остается, как есть в ознаменование победы и в честь даровавших ее богов-германцев. Германцы поклонялись богам в рощах, у них были изображения, изваяния и тотемы животных в лесу. И в самом деле, это идея видится чем-то, что было крайне важно, и для римлян тоже, но в особенности для германцев.

В то время, как Рим пошатнулся, германцы наслаждаются своим успехом и захваченными трофеями. Мечи, копья и щиты были сложны в изготовлении, для них был необходим металл, они представляли большую ценность, но в те времена даже важнее была их роль в ритуале. По этой причине тысячи таких трофеев можно было найти в местах, где происходили религиозные церемонии германцев, многие из них даже украшены золотом и серебром.

 

Расширение Римской империи остановлено

Хитростью и силой германцам удалось добиться освобождения от римских захватчиков. Пока это так. Но Рим не собирается сдаваться.

Римляне осознавали, что у них проблемы за Рейном. Им удалось сорганизоваться, собрать новые армии, найти союзников среди варваров и через некоторое время снова начать вторгаться в Германию, как в карательных целях, так и для восстановления утраченного престижа. Неудача, постигшая Вара, была для них худшим позором.

И для потомков, и для того, чтобы не потерять себя, Риму необходимо в корне изменить ситуацию.

13 год н.э. Прошло 4 года. Император Август отправляет полководца Германика и его войска сразиться с Арминией и его варварами херусками.

На восстановление боеспособности армии уходит много времени. Необходимость в походе Германика была очевидна: речь шла не только о чести, но и самом существовании империи. Подобный позор невозможно было простить.

Римлянами двигало желание отомстить, ненависть и ярость. Места соображениям гуманности не оставалось, они воевали, не зная жалости.

Рим, Италия, 14 год н.э.

Приказ, отданный Германику, был одним из последних приказов Августа: год спустя он умирает в возрасте 77 лет, не выдержав понесенной утраты. Мечты об империи несбыточны.

У Августа нет сыновей, и он назначает преемником Тиберия. На его долю выпадает восстанавливать престиж Рима и императора.

Имя Августа покрыто славой многих военных побед. Он так и не пришел в себя после того кошмарного поражения и вскоре умер. Ему казалось, что после такого фиаско все, к чему он стремился, умрет вместе с ним.

Август умер, так и не успев сделать то, о чем мечтал – объединить весь мир под эгидой Рима. Того, что было утеряно в Германии, не вернуть, но германцы заплатят за это унижение.

Германия, 14 год н.э. Германик движется вглубь страны, он вступает в бой со всеми, кто поддерживает Арминия.

Непокорные варвары жгут свои деревни, чтобы ничего не досталось врагу. У северных варваров за Рейном не было больших городов. Они могли просто уйти из своих деревень, чтобы сражаться дальше, и походы против них зачастую оказывались безрезультатными. Для римлян эта война начала оборачиваться скорее серией неудач, нежели от нее была какая-то польза.

Историк I века Тацит: «Германик отправил одного из своих легатов в земли Бруктерии, где племена жгли свои села. В ходе стычки там была обнаружена аквила – орел 19-го легиона, захваченная еще при Варе. Армия прошла по всей земле Бруктерии до ее дальних пределов, сокрушая все на своем пути».

Во время этого похода римляне освобождают захваченного Арминием Сегеста. Но это еще не все: в плен попадает дочь Сегеста – Туснельда, у которой под сердцем наследник Арминия.

Она стала пленницей римлян, и ее отправили в столицу в доказательство того, что кампания идет успешно. Неудачи, постигавшие Арминия одна за другой, были для них отмщением за поражение, понесенное Варом.

В 15 году н.э. 6 лет спустя после битвы римские войска достигают место бойни в лесах под Калькризе, превращенного германцами в святилище.

Они обнаружили то самое место, где был разбит Вар, где все и произошло. Все было усеяно обломками оружия, на деревьях висели прибитые к ним черепа. Зрелище было жуткое: земля сплошь усыпана костями убитых простых воинов, потому что захваченных командиров германцы уводили и потом приносили в жертву – душили или перерезали горло.

То, что увидели римляне, описано историком I века Тацитом: «Выбеленные солнцем кости были свалены в груды в местах, где бегущих настигала смерть. Повсюду останки лошадей, обломки оружия и человеческие черепа, прибитые к стволам деревьев. Здесь же были их капища: на приносили в жертву трибунов и центурионов».

Легко представить, какое действие это могло оказать на Германика и его войска: это могли быть их друзья, родственники, сослуживцы, их нужно было предать земле, это было крайне важно для древних – если умерший не обретал покоя, он становился призраком и продолжал терзать души живых.

Историк I века Тацит: «Римляне предали земле останки своих погибших товарищей. Никто не знал, пришлось ли ему хоронить кого-то из родных. Их ненависть к врагам смешивалась с горечью по усопшим».

Для Рима было крайне важно показать, что те, кто погиб в его войнах, не забыты, и что все усилия будут приложены к тому, чтобы восстановить их честь, утраченную из-за некомпетентности их командира.

Германцы воспринимают захоронение римлянами своих погибших как святотатство. Как только легионеры ушли, германцы откапывают их останки и заново освящают место побоища.

Арминий в ярости: он наголову разгромил римлян 6 лет назад, но они снова вернулись. Это застает его врасплох.

Римский историк Тацит: «От природы горячего Арминия привело в бешенство известие о пленении его жены. Зная, что его не рожденный ребенок попадет в рабство, он в ярости требовал войны с Сегестом и всей Римской империей».

И началась война. Вновь скрытые отряды Арминия, знакомые с местностью, используют это преимущество против неповоротливых римлян.

Легиону ничто не может противостоять, если есть выбор места сражения: просторная равнина, где хорошо организованным частям есть, где маневрировать. Здесь ничего этого не было, здесь даже негде было построить когорты.

Но Германику удается выманить варваров на открытый простор. Он побеждает, но война не закончена. Трудности ведения ее в тех условиях, растущие расходы и упорство германцев – все это ведет к тому, что скорой победы у римлян не будет.

Было несколько карательных экспедиций римлян за Рейн, были попытки захватить Арминия и разбить его отряды – все они ни к чему не привели.

Ни Арминий, ни Германик не дожили до того дня, когда их усилия принесли бы плоды. Спустя 3 года в 19 году н.э. они оба погибают довольно бесславно.

Германик умирает от болезни, хотя по слухам, его отравили политические противники. В том же году Арминий гибнет от рук своих же соотечественников в результате внутриплеменного конфликта.

Арминий был полностью предан делу освобождения Германии, но не совсем бескорыстно: он добивался того, чтобы стать королем всех германских племен. Они этого не желали. Они хотели самостоятельности, и Арминий им ее дал, одновременно изменив весь ход римской истории.

Можно считать, что эти события остановили дальнейшее расширение Римской империи. Не будь их, трудно сказать, как далеко римляне могли бы продвинуться на восток – на территории нынешних Германии, Польши и, возможно, России. Можно только предполагать.

После Тевтобурга складывается мнение, что дальнейшее расширение требует слишком больших усилий. Но вскоре новые неведомые земли снова поманят римлян.

См. также Германские племена. Битва в Тевтобургском лесу глазами немецких историков.


 

Комментарии:

Наверх